Дурдом Ромашка и овца специального назначения

Дурдом Ромашка и овца специального назначения

Давным-давно, в одной далёкой-предалёкой компании недалёкий-пренедалёкий владелец выписал из-за рубежа бизнес-тренера, чтобы тот в этой компании всё поменял. В общем, бизнес-тренер приехал, всё поменял, и уехал, но оставил за введёнными изменениями надзирать штат тщательно обученных сотрудников во главе с монстром управления изменениями, женщиной специального назначения, госпожой Мутон. Она была упитана и тщательно химически завита и напоминала продавщицу из советского магазина начала девяностых: пурпурные отслаивающиеся кусками помады губы и ярко-голубая гуашь на веках. Даже Альфред Афанасьевич побаивался её звонков и появлений, а и то, и другое случалось часто: бизнес-тренер поручил ей тщательно контролировать введение изменений. Через две недели уважаемому владельцу исступленное внимание госпожи Мутон надоело, и он вызвал к себе (конечно же) меня.

-Катя! — торжественно начал он. — Катя, у меня к тебе наиважнейшее поручение.

-У меня уже от Дмитрия Алексеевича наиважнейшее есть, — устало сообщила я. — Ручки в мужском туалете лично отрегулировать.

-А ты умеешь регулировать ручки? — удивился Альфред Афанасьевич.

-Не-а. Так что вы хотели?

-А… да… короче… Не делай мне мозг с утра пораньше!

Учитывая, что на часах было около двух дня, я тихо позавидовала уважаемому владельцу, чьё утро начинается столь поздно.

-Хорошо, не буду, — я согласилась.

-Отлично! С сегодняшнего дня ты будешь ответственной за взаимодействие с госпожой Мутон по всем изменениям в компании! Ты же руководила проектами! Ты должна руководить и сейчас!

-Да я ж вообще не в теме что там происходит.

-Я тебя сейчас введу в курс дела! Смотри, у нас в работе сейчас три документа: политика по продажам, политика по закупкам и регламент по финансовому управлению. Нужно написать и отдать госпоже Мутон на проверку все три!

-А почему я не в курсе, что у нас создается политика по закупкам? Было бы логично у меня спросить как её писать.

-Вот ты и будешь её писать! Видишь, как хорошо? Политики должны быть готовы до конца недели! И, как напишешь, мне отправь на проверку! А то ты же не знаешь, что говорил бизнес-тренер, он дал очень ценную и эксклюзивную информацию!

Кляня бизнес-тренера и его эксклюзивность, я поползла обратно к себе в кабинет. Надо было готовить документацию на тендер с китайцами, но политики важнее, конечно же. Альфред Афанасьевич, пребывающий в экстазе от того, что избавился от необходимости общаться с госпожой Мутон, со скоростью мятущегося электрона сбросил мне образцы этих самых политик. Написаны они были с ужасающими ошибками и, что особенно огорчительно, совершенно неприменимо к тому, как работает ООО «Дурдом Ромашка» в частности и законодательство этой страны в общем. Например, политика по финансовому управлению предлагала не платить сотрудникам зарплату, если в неделю её выплаты на счета компании не поступила выручка. А политика по продажам сообщала, что нельзя продавать товар дороже 300 евро без согласования с Советом (в который входил Дмитрий Анатольевич, Анна Адамовна и все остальные начальники управлений — всего 10 человек), а потом и с Альфредом Афанасьевичем. К политике по закупкам я даже не притронулась, потому что очень боялась содержания. И, как мне думалось тогда, если запустить все предложения образцовых политик в ООО «Дурдом Ромашка», то работа просто остановится. Так и получилось, но это уже другая история.

Дабы как-то снизить градус бреда, я сняла трубку и набрала номер госпожи Мутон.

-Алло! — бодро и звонко, как гвоздём по стеклу, поприветствовала меня она.

-Госпожа Мутон, доброго дня. Меня зовут Екатерина, и мне передал на контроль общение с вами по изменениям в компании Успехов Альфред Афанасьевич. Могу задать несколько вопросов?

-Да-да! Буду рада на них ответить! Удачного вам дня и хорошего настроения! — и трубкой ляп.

Я несколько удивилась и перенабрала.

-Госпожа Мутон, это Катерина, только что звонила. Звоночек прервался!

-Катерина! — снова обрадовалась госпожа Мутон. — Удачного вам дня и хорошего настроения! — и снова трубкой ляп.

Пришлось разозлиться.

-Госпожа Мутон, а можно вас попросить трубку не бросать когда я вам звоню!? У меня есть несколько ОЧЕНЬ важных вопросов к вам, — пророкотала я, когда  радостная госпожа сняла трубку.

-Катерина! — начала свою песню она снова.

-Нет! Никаких дней и настроений! — я рявкнула в порыве чувств.

-А какие у вас вопросы? — после долгих раздумий (видимо, слетела какая-то важная программа у неё в голове) пропищала госпожа Мутон.

-По политикам!

-Наши политики понятны и прозрачны! На все вопросы владельца ответил наш бизнес-тренер, господин Низовский!

-Тогда мне нужно поговорить с этим вашим Низовским.

-О нет! Нет! Он недосягаем! Общается только с владельцами компаний!

-Тогда дайте мне номер телефона человека, который сможет ответить на мои вопросы!

-Удачного вам дня и хорошего настроения! — проинформировала госпожа Мутон и бросила трубку.

Я взревела. Перенабирать снова уже не было сил и желания. Пришлось писать имейл.

Ответ на него я ждала неделю, периодически позванивая госпоже Мутон и уточняя, когда ждать ответ. На мои вопросы она желала мне удачного дня и хорошего настроения и вешала трубку. Я тихо кипела и не знала, куда кидаться. Приходили мысли подъехать в офис обитания госпожи Мутон и надавать ей по щщам предметно объяснить, что необходимо вовремя отвечать на вопросы, которые она же своими действиями и вызвала. Дровишек в огонь моих мучений подбрасывал и Альфред Афанасьевич, крадущимся котом заплывающий ко мне в кабинет и интересующийся «Ну как там политики» и игнорирующий доводы «Так Мутон же мне ничего не прислала». Тем временем я бегала по ответственным за политики специалистам и убалтывала их прочитать образцы, чтобы на их основе создать что-то более жизненное и своё. Кира Успеховна читала свой образец политики по продажам, умываясь слезами, потому что даже ту элементарную терминологию, которая была применена, она не понимала, а спросить было стыдно. Роза же Ицхаковна после третьего напоминания швырнула в меня политикой и проорала «Работать дай мне, а!», кося глазами на открытый сайт знакомств. Вот так и получилось, что в борьбе с госпожой Мутон осталась я одна.

Наконец от неё пришел ответ великолепного содержания:

«Катерина, добрый день!

Прошу прощения за такую большую задержку общения. Были временные сложности с корпоративным ящиком, не было доступа.

На ваш вопрос о том, как политики сочетаются с законодательством я запросила ответ у центрального офиса в Риге, и они сказали, что политики важнее, чем законодательство, поэтому оставляем всё как есть.

В общем сообщаю вам, что в политики надо вносить косметические правки, потому что политики — это ценные и эксклюзивные механизмы, которые позволят вашей компании выйти на новый уровень!

Если у Вас эти пункты выполнены, присылайте политики мне на проверку.

Хорошего Вам дня и отличного настроения!

С уважением, Людмила Мутон»

Прочитав письмо дважды, я подошла к стене и крепко впечаталась в неё лбом. Потом ещё и ещё раз, ибо боль физическая очень отвлекала от боли душевной и помогала лучше думать. Результатом этих раздумий было следующее: в названия политик я вставила название ООО «Дурдом Ромашка» и поменяла дату издания на вчерашнюю, и в таком виде, не исправляя ошибок и всего остального (хотя, эти политики сами по себе были огромной ошибкой), отправила Мутон. На это письмо она ответила моментально, рассыпаясь в благодарностях и даже дважды пожелала дня и настроения. Альфред Афанасьевич тоже обрадовался и разослал политики по всем сотрудникам, пометив письмо громким и красным К ИСПОЛНЕНИЮ. Первой ко мне с криками «Что за бред» прибежала Роза Ицхаковна, размахивая политикой как боевым флагом. Я пояснила, что бред введён приказом Альфреда Афанасьевича и оспариванию не подлежит. Роза Ицхаковна, продолжая горланить, убежала жаловаться на меня Дмитрию Алексеевичу и сподвигать его идти жаловаться вместе и Альфреду Афанасьевичу. Потом тихо пришла Кира Успеховна и просила, какую таблицу нужно заполнять, чтобы оформить заказ на бумагу для печати в шоурум на 350 евро. Я пожала плечами и посоветовала читать политику.

К концу дня пришел Альфред Афанасьевич и, остановившись у двери, тяжко задышал. Я демонстративно не обращала внимания на всё усиливающееся сопение, ждала что он досопится до катарсиса и схлопнется.

-Кааааатяяяя, — наконец протянул он. — Сотрудники волнуются. Политики не понимают.

Я ожидала этого вопроса и предъявила пред светлые очи владельца ответ госпожи Мутон с фразой «вносить только косметические правки». Он очень огорчился.

-И что же делать? — спрашивает.

-Вносить не косметические правки, а Мутон показывать с косметическими.

-Ну это некрасиво… нет… ничего не будем менять. Сотрудники привыкнут, — буркнул он и удалился.

Сотрудники не привыкли. Сотрудники ходили ко мне жаловаться, плакать и страдать. Я тоже плакала и страдала, когда пришла пора согласовывать абсолютно все закупки стоимостью от 300 евро в компании еще 12 человек — это занимало кучу времени и было совершенно неэффективно. Роза Ицхаковна страдала над своей политикой по финансовому менеджменту, потому что в том виде, в котором она предлагалась к применению, она бы полностью остановила все расчеты с поставщиками и получение денег на счет. Мадам Мутон же вскорости всплыла с новой пачкой политик, ещё краше, чем предыдущая: политика по письменным коммуникациям, политика по этике и этичности и политика по взаимодействию технического и продажного управлений. Но о них — в следующий раз.

  • Vitalik Danilenko

    спасибо за очередную порцию отличного настроения

  • Alex Digger

    А политики по политикам были?