Дурдом Ромашка и лепестки роз

Дурдом Ромашка и лепестки роз

После утомительного празднования восьмого марта в предыдущем году, женская часть коллектива уже с середины февраля начала пугливо озираться по сторонам и обходить тёмные углы офиса — они боялись, что оттуда выскочит празднично настроенный Дмитрий Алексеевич и умчит их в метель и вьюгу насильно праздновать международный женский день. Ближе к восьмому марта передвигались женщины по офису только группками по два-четыре человека, чтобы, в случае чего, дать достойный отпор. Никто не знал, на что в этом году сподобиться бурная фантазия директора. А он бродил по офису, источая ароматы перегара и грусти — валовый доход компании всё падал и падал, текучка пиарщиков росла, Альфред Афанасьевич каждую неделю вызывал на ковёр и трепал мозги. Времени креативно подумать о праздновании восьмого марта не было. Муки, написанные у него на лице, женщины принимали за муки творчества и пугались ещё больше.

Ситуация усложнялась ещё и тем, что Альфред Афанасьевич трепал мозги Дмитрию Алексеевичу дистанционно, по скайпу, находясь на обучении премудростям саентологии на съезде саентологов в Америке. Вернуться он должен был аккурат вечером шестого марта, и поэтому весь процесс принятия решения о формате праздника лежал на хрупких плечах директора.

За неделю до праздника женственности и весны, в наших краях присыпанному снегом и морозом, истерика прекрасной половины коллектива достигла апогея и они собрались в коллективе у Розы Ицхаковны обсуждать грядущее. Очень быстро ход разговора схватила в руки мудрая техдир Анна Адамовна:

-Девочки, надо просто им сказать, чего мы хотим. Например, чулки и красную помаду!

-Красная помада всем подходит разная, — сообщила Алиса. Алиса знала о чём говорит, потому что в свободное от работы время (а иногда и в рабочее) она занималась бьюти-блогингом и вела свой бьюти-блог в инстаграм. Он активно набирал популярность — за месяц собралась целых тридцать подписчиков.- Поэтому красная помада — не вариант. И чулки кто-то вообще не носит…

-Рафаэллки! Нет, сертификат на спа! Билеты в оперу! — женский коллектив возбужденно зажужжал рацпредложениями. Никому не хотелось, как это было в прошлом году, переться на работу к восьми и сидеть на ней 14 часов.

-Девочки, девочки, тише! — пыталась управлять жужжанием Анна Адамовна. — Давайте на этом сойдёмся: букет тюльпанов, коробка рафаэллок и с обеда домой! Всем подходит?

-Дааааа! — загомонили женщины.

-И бутылку вина! — хором предложили мы с Верон.

-Хорошо, букет тюльпанов, коробка рафаэллок и бутылка вина, — подытожила Анна Адамовна. — Кто пойдёт вбрасывать эту мысль в мужские умы?

-Алиса и Маша, подойдете к Ване и Денису со склада, сообщите им, — решила я.

За сим собрание завершилось и дамы пёстрой лентой заскользили по рабочим местам.

-Да сто пудов что не сработает, — сокрушалась по пути в кабинет Верон, — Афанасьевич опять всю малину сломает и будет мы в предпраздничный день сидеть до шести.

Ближе к вечеру явилась Алиса и сообщила, что мысль о желательном подарке была успешно инкорпорирована в умы Ванечки и Дениса. В ответ на облегчение своей задачи они поделились ходом подготовки к празднику:

-Короче никто ничего не знает, Афанасьевич вообще не принимает участия, Алексеевич тоже, что делать мы не понимаем, короче спасибо за идею, девчат, так и сделаем.

Успокоившись, все стали ждать предпраздничного дня. Атмосфера в офисе стремительно успокаивалась и кое-где даже были проблески весеннего настроения у сотрудников. Даже печальный Дмитрий Алексеевич, отпустив очередного пиарщика после часовой сессии «яжидиректор», повеселел и начал игриво шутить с феями ресепшна и нимфами из продаж. И те, и другие, весело смеялись в ответ на его шуточки, и надеялись на прибавку к премии. Беспокоило наиболее сознательных женщин только одно — а явится ли вовремя Альфред Афанасьевич? Без него Дмитрий Алексеевич не решится поздравлять и отпускать пораньше, и это значит, что придётся куковать в офисе, пока уважаемый владелец не появится. Ну и оставалась призрачная опасность того, что в самолёте на пути из Америки ему в голову вштырит какая-то невероятная идея празднования. Например, привязать всех к рабочим местам и петь им песни. Или выложить из мужчин на парковке большие слова «С праздником!», где сам Альфред Афанасьевич был бы стоячим восклицательным знаком.

И вот пришел день мимоз и тюльпанов. С самого утра улицы были заполнены хмурыми мужчинами, предвкушающими, как они будут формировать длинные змеящиеся очереди  в кулинариях за салатиками и в цветочные палатки за букетами. Сайты доставки еды хором упали, потому что на них сформировали змеящиеся очереди любители пиццы и суши. Женщины собрались на работу нарядные, кто-то даже завил локоны. Я же облачилась в праздничные джинсы с цветочками и захватила из дома бутылку белого винца — планировалось отмечание международного женского дня совместно с Верон.

При входе в офис меня никто не встретил, кроме хмурой Маши, поправляющей декольте. На незаданный вопрос «Афанасьевич на месте?» она покачала головой и вздохнула. На рабочем месте меня не ждали ни рассыпанные тухлые лепестки роз, ни коробка рафаэллок — всё было буднично. Даже сувенирный камень с Этны занимал своё почетное место среди других памятных предметов на подоконнике. Это вызвало у меня приступ тихой радости и даже небольшого трудоголизма. Он затянулся практически до обеда. Всё это время ровно ничего, выходящего за рамки привычного, не происходило. Мы с Верон открыли бутылку и выпили за сильных женщин. Потом выпили за любовь. Потом — за счастье в личной жизни. Собирались выпить за котиков, но в двери появился таинственный Ванечка и поманил нас в комнату для переговоров. Там уже собрался остальной коллектив ООО «Дурдом Ромашка» распределившийся по стенам по гендерному признаку — мальчики стояли справа, а девочки слева. Посередине стоял стол, украшенный горкой роз, горкой коробок с рафаэллками и тремя бутылками советского шампанского. Все улыбались и молчали. И это было обоснованно — ведь не было Альфреда Афанасьевича. Стояли долго, минут 15. Наконец, в комнату влетел пылающий Альфред Афанасьевич. Влетел прямо с улицы — в итальянском кожаном плаще и с чемоданом. Оглядев собравшихся, он быстро сообразил, чего от него ждут, шумно втянул в себя воздух, и начал:

-Мы до сих пор живём в матриархате! Мужчина до сих пор зависит от женщины, потому что только через неё он может продлить себя! С праздником, девочки! Эти подарки — для вас!

Получив тем самым согласие на начало празднования, мужчины обрадовались и бросились открывать шампанское и разливать его по пластиковым стаканчикам.

-А пораньше уйти можно? — робко спросила Анна Адамовна.

Радость моментально остановилась. Все воззрились на Альфреда Афанасьевича, ожидая его решения. От напряжения и излишнего внимания к своей персоне он покрылся красными пятнами. В конце концов он кивнул. Все облегченно вздохнули и принялись ускоренными темпами пить шампанское, ведь, чем быстрее выпьем — тем быстрее дойдём домой. Выпили в рекордные пять минут и, расхватав коробки с рафаэллками, устремились в свободный выходной, оставив мужчин наедине с Альфредом Афанасьевичем и горкой роз.

-СТОЙТЕ! — заорал Ванечка. — ЭТО ЕЩЁ НЕ ВСЁ!

Женщины подчинились. Ванечка, летая пчелкой, раздал им конвертики. Я заглянула в свой — там лежал билет в цирк.

-Кто в ООО «Дурдом Ромашка» работал — тот в цирке не смеётся? — предположила я.

Ванечка подмигнул и закивал.

Позже разведка донесла, что уважаемый владелец два часа орал на Дмитрия Алексеевича за то, что женщин отпустили пораньше, ведь они должны сидеть на работе! Дмитрий Алексеевич дрожал и оправдывался. Мужчины подслушивали под дверями и хихикали. Праздник получился у всех.